Денежное хозяйство ступень в хозяйственном развитии человечества
Денежное хозяйство (нем. Geldwirtschaft), распространенный в буржуазной «сторико-экономической литературе термин для обозначения определенной ступени в хозяйственном развитии человечества или отдельных общоств.
Известная схема Бруно Гильдебранда (см.) различает три таких ступени:
- под натуральным понимается такая система хозяйства, когда обмен происходит без участия денег, путем непосредственной мены продуктами;
- под денежным—такая система, при к-рой средством обмена становятся деньги;
- высшую ступень экономического развития представляет кредитное. Выделение кредитного хозяйства в особую ступень не удержалось в историко-экономической литературе (на неправильность противопоставления денежного и кредитного хозяйства указывал и Маркс).
- Зато чрезвычайной популярностью пользуется противопоставление «натурального» и «денежного» хозяйства. При этом под натуральным понимают либо «замкнутое», не знающее обмена [вслед за Бюхером (см.), в . схеме которого впрочем отсутствует противоположение натурального и денежного хозяйства], либо (вместе с М. Вебером) «хозяйство без употребления денег», включая сюда как замкнутое, так и с непосредственным обменом.
Под денежным понимают «хозяйство с употреблением денег» (М. Вебер), причем у многих историков-экономистов это понятие сливается с понятием хозяйства, основанного на обмене. Критику схемы Гильдебранда и в частности понятия этому дал Маркс в IV главе II тома «Капитала». Основной ошибкой схемы Гильдебранда (как и Бюхера и всех подобных схем) является то, что они кладут в основу характеристики ступеней хозяйственного развития не способ производства, а способ обмена «в соответствии с узостью буржуазного кругозора, где все внимание поглощается практическими операциями».
Маркс отмечает специфический дефект понятия денежное хозяйство как особой ступени экономического развития:
- денежное обще всякому товарному производству, а продукт является в виде товара в самых различных общественных организмах;
- вследствие этого в данном понятии капиталистический способ производства сливается с докапиталистическими видами товарного производства, отличаясь от них лишь количественно .
- Данный термин таит в себе и др. опасности, поскольку он отправляется далее не от обмена, а от орудия обмена, имеющего к тому же и др. функции.
Понимая под денежным «хозяйство с употреблением денег», приходится помнить:
1) что обмен является не единственной функцией донег и что наличие денег как средства собирания сокровищ, как платежного средства и как мерила стоимости может сочетаться со сравнительно слабым развитием товарности хозяйства;
2) что возможен обмен (равно как и накопление и платежи) и помимо денег.
Наконец даже наличие денежного обмена и даже самостоятельного денежного капитала в форме купеческого или ростовщического капитала далеко не всегда говорит о степени развития производства, поскольку денежный обмен и денежный капитал могут существовать «в порах» данного общества, эксплуатируя и разлагая данный способ производства.
Если говорить о стадиях развития обмена, то в основу следовало бы положить отношение обмена к производству и противопоставлять натуральное, в котором продукт производится гл. обр. для непосредственного потребления, товарному хозяйству, в котором продукт производится в первую очередь как товар. Обмен излишками произведенных продуктов, равно как и продуктами, отчужденными неэкономическим путем (военная добыча, дань и т. д.), наличие известной торговли, пополняющей то, что не может быть произведено в отдельных хозяйствах (соль, металлы, предметы роскоши и т. д.), денег, денежных сокровищ, денежных платежей и ростовщичества еще не являются достаточным показателем того, что данное общество вышло из стадии натурального хозяйства; развитие этих явлений часто позволяет говорить лишь о начавшемся разложении натурального хозяйства (см.). Полного развития товарное достигает лишь при капитализме, когда и рабочая сила превращается в товар.
Денежное хозяйство в древности.
Неопределенность и малая познавательная ценность данного термина приводит к ряду ошибок у пользующихся им историков. Этим объясняются преувеличения, допущенные при трактовке проблемы товарных отношений в древности крупными учеными, как Ю. Белох, Э. Мейер, Р. Пёльман и др. Если отбросить эти преувеличения, то обнаружится, что денежно-хозяйственные отношения в разных странах древнего мира в разные эпохи отличались весьма различной степенью интенсивности. Так, в государствах древн. Востока два крайних типа денежно-хозяйственных отношений представлены Египтом и Вавилоном.
В Египте— при слабом развитии торговли (внутренней и внешней) и при наличии значительных элементов планового снабжения и распределения— эта система не могла получить должного развития. Правда, довольно рано появляется суррогат денег в виде колец из металла; позже проникают элементы денежно-весового обращения; но в общем эти деньги играют главным образом роль морила стоимости: и частное и гос. хозяйства в основе своей продолжают строиться на натурально хозяйственных отношениях.
Наоборот, в Месопотамии и в районах экономически от нее зависимых денежное хозяйство в форме весового обращения драгоценного металла, гл. обр. серебра (основн. единица biltu, делящаяся на 60 many и 3.600 siklu), развивается чрезвычайно рано. Огромное количество деловых документов, сохранившихся от эпохи Хаммураби [(см.) конец 3—начало 2 тысячелетия до хр. э.], позволяет судить, какое крупное значение имело денежное обращение в экономике страны уже в это время. Правда, натуральные платежи не вытесняются окончательно: они в значительной степени сохраняются в области с.-х. отношений, и законы Хаммураби предусматривают замену денежных платежей натуральными.
В древней Греции решительный перелом в ликвидации натурально хозяйственных отношений и примитивных форм денег (рогатый скот как мерило стоимости, металлическая утварь и т. д.) намечается в начале 7 в. до хр. э. К этому времени относится изобретение чеканной монеты, употребление которой из восточно греч. территорий (Иония) быстро проникает в самую Грецию. В 5 и особенно в 4 вв. в связи с крупными успехами торгового капитала Д. х. проникает и в самые отсталые районы Греции. К этому периоду теория Бюхера (см.) с ее почти полным отрицанием широкого обмена является совершенно неприложимой.
Завоевания Александра Македонского, открывшие новые грандиозные торговые перспективы и пустившие в обращение колоссальные запасы драгоценного металла, раньше мертвым кладом хранившиеся в персидских царских сокровищницах, создали благоприятные предпосылки для дальнейших успехов денежного хозяйства. Древняя Италия под влиянием греческой колонизации и усиленного проникновения греч. торговли довольно рано втягивается в сферу денежно хозяйственных отношений. Старинная туземная форма денежного обращения (бронза в кусках, принимаемая повесу, «aes rude») уступает место чеканной медной монете, к которой скоро присоединяется и серебряная чеканка (в Риме с 269).
Происходит широкое развитие денежного хозяйства (в частности — колоссальный рост кредитных операций), к-рое в эпоху поздней республики и начала империи проникает и в западные римские провинции. В 3 в. хр. э. в результате тяжкого экономического и социальн. кризиса и в связи с непрерывной порчей монеты, вызвавшей почти полное обесценение денег, происходит глубокий кризис денежного хозяйства, и намечается переход к натурально хозяйственным отношениям, особенно в области государств, хозяйства.
Хотя денежные реформы конца 3—начала 4 вв. и создали известную стабилизацию валюты, они не могли, однако вернуть денежному хозяйству все утраченные позиции, особенно в зап. половине империи, где процесс разложения старого социально-экономического уклада происходил с особой интенсивностью.
Денежное хозяйство в средние века.
В пауке средневековой истории неопределенность названа Дипшем (см.) для борьбы с диалектическим пониманием исторического процесса. По мнению Допша, основная ошибка прежних исследователей заключается в том, что они рассматривали натуральное и денежное как исключающие друг друга противоположности и полагали, что натуральное является более ранней и примитивной формой, а денежное хозяйство развивается лишь впоследствии как признак высокой культуры; а между тем натуральное и денежное являются формами, не сменяющими друг друга, а сосуществующими на всех ступенях развития человечества.
Наличие в том или ином обществе денег, хотя бы в виде кладов, военной добычи или дани, наличие какой бы то ни было торговли и ростовщичества является для Допша достаточным признаком наличия и денежного хозяйства. При таких условиях нетрудно найти хозяйство у самых примитивных народов; с другой стороны, так же нетрудно доказать, что и в самых экономически развитых обществах нередко имеют место платежи натурой и безденежный обмен, что позволяет Допшу сделать заключение о всегдашнем сосуществовании обеих систем хозяйства.
Допш применяет свой метод к доказательству наличия развитого денежного хозяйства в ранние западноевропейские средневековья, которое обычно считается наиболее ярко выраженной эпохой натурального хозяйства (Инама-Штернег, Ла’мпрехт, Зомбарт, JI. Гартман, М. Вебер и др.). Приведя для огромного периода (более 400 лет) сравнительно небольшое количество фактов относительно торговли, денег, ростовщичества, уплаты даней и штрафов, накопления сокровищ, жажды к их приобретению и истолковав их в желательном для себя смысле, Допш отводит упрек в скудости доказательств ссылкой на то, что именно торговля должны были оставить мало следов в сохранившихся от данной эпохи преимущественно церковных источниках.
Наличие развитого денежное хозяйство в эпоху раннего средневековья старается доказать и Пиреп (см.); с его точки зрения, раннее средневековье представляет собою продолжение средиземноморской эпохи, связанной с широким развитием торговли (золотая валюта); по его мнению, натуральное устанавливается в Зап. Европе лишь в Каролингскую эпоху, когда арабы завладели Средиземным морем, в то время как Допш особенно подчеркивал денежно хозяйственный характер Каролингской эпохи.
В условиях господства натурального хозяйства в раннее средневековье деньги лишь отчасти являются орудием обмена, главным жо образом выступают в качестве средства накопления сокровищ(часто в виде даней, выкупов, военной добычи, оброков и т.д.), платежного средства и мерила стоимости. В связи с последней функцией денег мы не должны каждое сообщение источников об уплате той или иной суммы расценивать как уплату, произведенную действительными деньгами. Прп этом деньги приобретают нередко влияние, совершенно не соответствующее их роли в производстве и в обмене благодаря скудости имеющихся в обращении и запасе денежных средств.
Торговля и ростовщичество долго пребывают в «порах» феодального общества. Лишь в позднее средневековье они начинают играть определяющую роль в экономической жизни Европы. Крупную роль в развитии Д. X. играют государственные финансы, принимающие денежную форму и тем самым заставляющие плательщиков втягиваться в рыночные отношения или должать ростовщикам. Такую же роль по отношению к крестьянскому хозяйству играет перевод на деньги сеньериальных повинностей.
Развитие товарного производства, принимающего отчетливую форму сначала в городе, постепенно захватывает и с. х-во, долго сохраняющее, однако натурально хозяйственную основу. Развитие товарно-денежных отношений либо разлагает старые феодальные порядки, либо влечет за собой их временное приспособление к новым требованиям в виде усиления барской запашки и барщинного хозяйства, рассчитанного на рынок. О денежном хозяйстве в эпоху зарождающегося капитализма см. Капитализм.